Рассекречены дела астраханцев из Туркестанского легиона

В астраханском управлении ФСБ продолжают рассекречивать архивные уголовные дела времён Великой Отечественной войны. Они касаются советских военнослужащих, которые попали в плен и начали сотрудничать с немецкой армией.

Эти материалы неоднократно пересматривались в разные исторические периоды: в годы хрущёвской оттепели, в конце 1980-х — начале 1990-х годов в рамках демократической перестройки. С начала 2000-х дела снова изучались для объективной оценки приговоров и проверки обоснованности возможной реабилитации осуждённых.

В июле и сентябре 1946 года Управление МГБ по Астраханской области арестовало и привлекло к ответственности за измену Родине Ислима З. (уроженец села Зензели Лиманского района) и Абдрахмана А. (уроженец села Крутой Яр Зеленгинского района).

Расследование установило, что Ислим З., будучи командиром взвода 1167-го стрелкового полка Красной армии, в июле 1942 года под Севастополем попал в плен. В октябре того же года, находясь в симферопольских лагерях военнопленных, он добровольно вступил в немецкую армию. В октябре 1943 года принял присягу на верность фашистской Германии и до марта 1945 года служил рядовым в 150-й дивизии. В его обязанности входила доставка боеприпасов и продовольствия на передовую, участие в строительстве оборонительных укреплений. За это он получал жалованье, обмундирование и солдатский паёк. С марта по май 1945 года З. проходил обучение в школе младших командиров так называемого «Туркестанского легиона» — формирования, созданного немцами из предателей. В конце апреля 1945 года его взяли в плен войска союзников и репатриировали в СССР.

Из показаний З.: «27 октября 1943 г. я вступил в немецкую армию и принял присягу на верность службы гитлеровской Германии. Около города Керчь мы стояли примерно пять месяцев. Производили переброску боеприпасов и оборудовали немецкие аэродромы. После отступлений немецкой армии в город Бриц (Германия) наша транспортная колонна была расформирована, и я попал в 50-ю немецкую стрелковую дивизию рядовым. Но вскоре мне предложил немецкий майор поступить учиться на младшего командира в „Туркестанский легион“, на что я дал свое согласие. В марте 1945 г. я был направлен в легион в город Венген, где нас обмундировали в немецкую форму и начали обучать военному делу. 20 апреля 1945 г. был пленен американскими войсками. С подсудимым А. мы встретились в Севастопольском лагере, находились вместе до тех пор, пока я не был отправлен на учёбу в „Туркестанский легион“».

Согласно материалам дела, Абдрахман А., также боец 1167-го стрелкового полка, в июне 1942 года под Севастополем добровольно сдался в плен. В октябре 1942 года в симферопольских лагерях он изменил Родине — вступил в немецкую армию. В октябре 1943 года принял присягу и до марта 1945 года служил рядовым в 150-й дивизии противника. А. подвозил боеприпасы и продовольствие для немецких войск на передовую, участвовал в строительстве укреплений, получал 19 марок в месяц, обмундирование и паёк. Его захватила в плен Красная армия в районе Влодавы (Польша), после чего он был репатриирован в СССР.

Из показаний А.: «27 июня 1942 г. я попал в немецкий плен, после чего был направлен в лагерь. В октябре в числе большой группы военнопленных был переведён в Симферополь и заключён в лагерь, где мы строили шоссейные дороги, но вскоре в числе 28 человек военнопленных был отправлен в Бахчисарайский конный пункт. Осенью наш пункт был расформирован, и я вместе с З. попал в транспортную колонну при 50-й немецкой дивизии. Занимались мы подвозом боеприпасов и другого имущества. Будучи в 51-й немецкой дивизии, я побывал в нескольких городах. Когда мы заняли оборону около Керчи, мне немецкие офицеры предложили вступить в немецкую армию, на что я дал полное согласие. Вскоре нас обмундировали, и я принял присягу на верность службы фашистской Германии. После чего был назначен ездовым в транспортной колонне. В декабре 1944 г. нашу часть направили в Берлин, где она была расформирована, а меня назначили ездовым в полк».

20 ноября 1946 года военный трибунал Северо-Кавказского военного округа приговорил обоих астраханцев к 25 годам лишения свободы в исправительно-трудовых лагерях. Подсудимые признали вину на предварительном следствии и в суде.

В период политической оттепели, 15 июня 1954 года, Ислим З. обратился с прошением о помиловании к председателю Президиума Верховного Совета СССР. Он признавал вину и просил снизить срок, утверждая, что не принимал активных действий против Советской Армии. Старший инспектор УМВД Астраханской области при рассмотрении заявления сделал вывод, что наказание можно сократить до 10 лет каждому (к тому моменту они уже отбыли 8 лет). Инспектор посчитал первоначальный приговор чрезмерно суровым, отметив, что осуждённые были из крестьян-бедняков, до войны занимались общественно полезным трудом, а З. раскаялся.

При повторном изучении уголовного дела в 2000 году на предмет возможной реабилитации как жертв политических репрессий оба земляка были признаны обоснованно осуждёнными и не подлежащими реабилитации.